1
Жил да был койот чщедушный,
Бегал по степям пустынным,
По горам, долам и весям,
Кувыркался, прыгал, ползал,
Веселился и смеялся.
В-общем, был койот весёлый,
Но питался он неважно,
Ел мясцо с душком он редко,
Да верблюжную колючку.
Ну а в основном койот наш
Ел лишь кактусы да тварей,
Что живут в тех суккулентах.
Только иногда под вечер
Бог койотский Мескалито
Посылал ему на ужин
Двух тушканчиков мясистых,
Их койот ел с упоеньем.
2
Так и жил бы он до смерти,
Веселяся и смеяся,
Но пришли индейцы > с моря,
Убегая от испанцев,
Португальцев и корейцев.
Заселили всю округу
И айда ловить койота,
Ведь откуда знать < индейцам >,
Что невкусно его мясо,
Что оно ведь мертвячиной
Будет очень сильно пахнуть.
Сколь не сыпь туда приправы-
Соли, перца и колючек-
Завоняет по-любому.
Целый день койота гнали
И пулялись, чем попало,
В него - стрелами, камнями,
Копьями и томагавком.
Но койот ведь умный малый-
Прыгнул в чащу сагуаро,
А < индейцы > укололись
И, несолоно хлебавши,
Разбрелися по вигвамам.
Начали < индейцы > думать
Как бы им словить койота,
Выпимши бочонок водки,
Раскурились трубкой мира,
Впали в думки и засели
На измене, как попало.
3
В это время, в тёмной чаще,
Среди зарослей колючих,
Стал койот искать поживы,
Потому, как был голодный.
Но не повезло бедняжке,
Все тушканчики уснули,
Глубоко в подземных норках
Спрятавшись от гнойных глазок.
Поздней ночью, при лунище,
Так нутра и не насытив,
Вылез злобный зверь из чащи.
Он задумал не веселья,
А отмщенья только ради
Искусать всех краснокожих
Ядовитыми зубами,
Меж которых шерсть зверушек,
Съеденных неделей раньше,
До сих пор ещё торчала.
Накопив слюней побольше,
Он пополз в индейский лагерь...
4
Долго пьяные < индейцы >
Не могли понять, откуда
Вдруг на теле появлялись
Очень гнойные порезы.
Кровь хлестала из < индейцев >,
А койот влез на собаку,
Так как, утолив свой голод,
Захотелось ему ласки.
Но < индейцы >, кровь свернувши,
Импортным контрацептивом,
Увидав, что зверь глумится
Над послушным другом негра,
Все пищали боевые
Из-за поясов достали,
А стрелять-то не умели...
Так закончилась погано
Жизнь индейских ирокезов.
5
Съев последнего < индейца >
И почуяв муки жажды,
Наш койот к реке попл лся,
Где он и напился вволю.
Опосля чего заметил,
Что опять за ним охоту
Начали, и вновь < индейцы >.
"Где ж вас столько понабралось?"
Зверь подумал обреч нно.
И поплёл он снова в чащу,
Чтоб поразмышлять о жизни.
С горя он пейота скушал,
И, увидев Мескалито,
Испросил его совета:
"Как спастись мне поскорее
От назойливых < индейцев >?"
Мескалито же ответил:
"Ты, дружок, беги на север.
Там ты встретишь бледнолицых,
И они тебя в Европу
Увезут с собою сразу."
6
Далеко на север страшно
Было добираться зверю
И решил повременить он,
Сил поднакопить и жиру
В прериях своих знакомых
Но за эту свою вольность
Поплатился он жестоко,
Потому что на рассвете
< Молодой > < индеец > < Чудо ,
Волосатый и вонючий,
Уж придумал, как скорее
Изловить койота в сети.
Приготовил он ловушку
Хитроумную такую:
Выкопал большую яму,
Замаскировав листвою,
Сала сверху положил он,
Сам же рядом притаился.
А койот неподалёку
Бегал в поисках поживы
И, почуяв запах сала,
Позабыв про осторожность,
Он набросился на пищу
И попал в ловушку к Чуде.
7
Тот койота долго мучил:
Бил ногами очень сильно,
А потом прутом железным,
Раскалённым до краснища.
Как он только не глумился
В чаще над зверьком притихшим,
Но, увлёкшись, не заметил,
Как комбойцы прискакали.
Чуду вмиг они убили
И остригли хайры с трупа,
А койота развязали,
Накормили салом с водкой
И с собой на побережье
Отвезли, чтоб сделать бизнес.
Продав зверя зоопарку
За пятьсот пустых бутылок,
Их комбойцы обменяли
На две сумки рафинада.
Ну а с сахаром, конечно,
Они быстро наварили
Пять цистерн текилы сладкой,
Благо кактусов навалом
Было рядом с побережьем.
8
В зоопарке посадили
Нашего койота в клетку
И поехали в Европу
Показать там чудо-зверя.
Долго-ль, коротко-ли плыли
По морям и океанам,
Полюбили все матросы
Развес лого койота
И кормили его рыбой,
Мясом, водкой и консервом.
Разжирел на этой пище
Зверь, бока его лосниться
Стали, а брюшко отвисло.
А как к берегу пристали,
Продали его в Россию,
Потому что доктор Павлов
И Мичурин захотели
Скрещивать его с волками,
С кошками, с летучей мышью
И со злобною собакой,
Что лишь лампочку увидит,
Сразу слюни выделяет.
Но задумкам гениальным,
Не дано осуществиться
Было, потому что вскоре
Грянула война с фашистом,
Про койота все забыли,
И сбежал он от учёных.
9
Зверь подался в партизаны,
Стал везде он немцам гадить,
Поезда пускать с откоса
И взрывать комендатуры.
Всех фашистских оккупантов
Стал койот кусать бесстрашно,
Заражая их болезнью,
Той, что сифилис зовётся.
Всю войну прошёл. Немало
пользы он прин с Отчизне.
А при взятии Берлина,
В бункер Гитлера проникнув,
В рот набрав побольше яду,
Фюреру вцепился в шею.
Тот, конечно, сразу помер,
Но и наш койот немало
Цианиду наглотался.
И поэтому под утро,
Искусав последних фрицев,
Умер он в момент Победы...
10
Так закончилась геройски
Жизнь отважного зверушки
Миннесотского койота.

Ель и Сейкин, г. Липецк 1996